Редактура-шастра. Часть II

Продолжение публикации за 08.01.2020

 

“Саня, ты в порядке?”

 

Английские “are you all right?” и “are you okay?” будучи неизменными спутниками японского 大丈夫 / «дайдзёбу» (и не только), встречаются в тексте настолько часто, что заслуживают отдельного упоминания. Ничего лестного, впрочем, я тут не скажу, ибо переводчик, с усердием достойным куда лучшего применения, везде где только можно однозначно трактует английский текст при помощи такого опостылевшего и полубессмысленного выражения как «ты в порядке?». Контекст, герои – да какая нам разница, мы же привыкли к «типовому переводу»? В данном случае на пощаду никому рассчитывать не стоит, а уж детям в особенности:

 

 

Но не стоит вешать всех собак за такую “верность стандартам” на переводчика.  Дурацкое медийное клише настолько прочно въелось в сознание обывателя, что зачастую даже довольно опытный редактор оставляет его без должного внимания.

Суть моих претензий достаточно проста: я ничего не имею против самого вышеозначенного высказывания, но уж извольте применять его по назначению. «Ты в порядке?» отлично впишется, скажем, в диалог между 2B и 9S, ибо наше разговорное «ты живой?» проскочившее в ключе общения двух андроидов, будет выглядеть как эдакое вводное в дремучий научно-философский экскурс, полностью разобраться в котором сможет, разве что, только Сьюзен Келвин. В нашем случае всё гораздо тривиальнее: обычные люди, обычная разговорная речь. Ради интереса попробуйте вспомнить – сколько раз в реальной жизни вы слышали адресованное кому-либо обеспокоенное «ты в порядке?». Лично я – никогда. Впрочем, давайте посмотрим на ситуацию несколько конкретнее и разберём её на примере работы отечественных фансаб-групп (взят сюжетный фрагмент аналогичный изображённому на игровом скриншоте):

 

Persona 4: The Animation (RX Team). Всё по канонам «жанра»:

 

Persona 4: The Animation (Advantage & AleX_MytH & Kasandra):

 

Persona 4: The Golden Animation (MantisFL):

 

«Типовой перевод», как видим, находится в меньшинстве, что не может не радовать. Но если взять черновой вариант игрового текста, это сравнение будет далеко не в нашу пользу.

 

“Пристегните ремни”

 

В отдельные моменты подстрочный перевод напоминает мне эдакую хитроумную и своенравную машину, способную в мгновение ока переместить вас из современной Инабы в тот отрезок пространства-времени, в который ей самой же и заблагорассудится. Например, наличие в рабочем тексте английского “Dammit!“, гарантированно обеспечивает вам такое путешествие:

«Проклятье!» – гневно вопит Ёсукэ, узнав об исчезновении Юкико.

«Проклятье!» – изрыгает Додзима недовольный поздним телефонным звонком.

«Проклятье!» – Кандзи возмущается «проделками» Кубо.

«Проклятье…» – сокрушённо вздыхает Наматамэ, будучи погружён в не самые приятные воспоминания.

Лично мне при виде этого «Проклятье!» немедленно слышится грохот мушкетных выстрелов и звон абордажных сабель, стук деревянной ноги о палубу и хриплые выкрики вроде «Тысяча чертей!», «Пиастры!», «Йо-хо-хо! И бутылка рому!» – одним словом, всё присущее превосходному антуражу для Джона Сильвера и Ко:

 

 

Бывает строчка содержит английские “For crying out loud…” или  “Now why on Earth…” – в таком случае высоки шансы оказаться в Италии XVIII века:

「だって…捨てられたんだよ…?」

“How can you!..? We’ve been abandoned, for crying out loud!..”

«Как ты можешь… Ради всего святого, он же нас бросил!»

「分かってないよ… 雪子、死んじゃうかも知れないんだよ…?」

“You don’t know shit about how I feel… Yukiko might die from this, for crying out loud!”

«Ты не понимаешь, что я чувствую… Ради всего святого, что если Юкико там погибнет?»

«In pace requiescat!» – так и хочется ответить на вторую реплику, ибо здесь японские школьники со своим «ради всего святого» уподобляются героям бессмертного творения Эдгара Аллана По – Монтрезору и Фортунато.

Всех образчиков такого вот «выпадания из реальности» тут не перечислить, да и незачем. Гораздо проще озвучить единственный напрашивающийся вывод:  подобные английские идиомы представляют собой поистине неограниченное поле деятельности для творческой фантазии как переводчика, так и редактора. Всё что здесь требуется – не отступать от контекста и общей характеристики персонажа, в этом случае правильные слова найдутся сами собой. Например, в случае со всё тем же “Dammit!” мне как-то попалась на глаза даже столь оригинальная трактовка как «Блинский!». Что же это как не воплощение увлекательного творческого поиска? 🙂

 

“Гей, славяне!”

 

Этот пример похож на предыдущие, однако его отличает ярко выраженный национальный колорит. Итак, наши герои отправляются на экскурсию в Тацуми Порт-Айленд. При виде здания школы Гэккокан, Ёсукэ задумчиво изрекает:

え、広さで負けてたら、 ウチ、勝つトコ無くない…?

Wait… If we can’t beat ’em on size, we’re totally sunk…

«Посмотришь – шапка валится… Совсем не чета нашему школьному сараю».

В пылу созидательной работы редактор, сам того не замечая, рядит несчастного Ханамуру в косоворотку и лапти, выставляя его деревенским пареньком, удивлённо взирающим на свежесрубленный соседский амбар. Откроем “Географическія извѣстія” за 1848 год:

Уместность этого, с вашего позволения, «царского» анахронизма в игровом тексте, сравнима разве что с уместностью какой-нибудь иллюстрации Тосио Саэки, размещённой на страницах сборника сказок Сутеева. Практикуя подобного рода «адаптацию», ничего не стоит кабуто перекрестить в «шелом», святилище (дзиндзя) – в «капище», а Синсэнгуми – в «опричников». Не спорю, в определённый момент можно (и нужно!) ввернуть в перевод какой-нибудь фразеологизм, однако при этом он должен соответствовать как минимум двум обязательным критериям:

а.) Гармоничное сочетание с СОВРЕМЕННОЙ разговорной речью (за исключением случаев специально предусмотренных контекстом).

б.) Отсутствие ярко выраженных национальных признаков (то же самое).

В данном случае я подразумеваю такие устойчивые речевые обороты, как например: «обхожу на пушечный выстрел», «не стоит и ломаного гроша», «в рубашке родился», «по совести говоря» и неисчислимое множество других. Однако к «оригинальным» находкам вроде «поворачивай оглобли», «белены объелся», «пришёл под мухой», «дубина стоеросовая» и т.д. следует относиться весьма категорично:

 

“Гладкопись”

 

死体見つけたの、3年の小西って人らしいよ。 先輩が言ってて~…

My senpai told me it was a third-year named Saki who found the body.

«Говорят, его третьегодка Кониси нашла. Ну, сэмпай так сказал…»

Здесь бдительный редактор совершенно справедливо обращает внимание на перекликающиеся «говорят» и «сказал», после чего аккуратно переделывает:

«Утверждают, его третьегодка Кониси нашла. Ну, сэмпай так сказал…»

Казалось бы, проще некуда – найдена вполне удачная замена, полностью соответствующая переводу. Но обратимся к контексту. Эта строка относится к диалогу двух школьниц, поэтому вышеозначенное «утверждают» совершенно не вписывается в интонацию разговора, сразу придавая ему не то академический, не то протокольный оттенок («профессор утверждает», «очевидцы утверждают» и т. п.). Само стремление ровненько «причесать» текст достойно всяческой похвалы, но здесь необходимо знать меру и чувствовать те или иные особенности повествования, вместе с тем не опасаясь в нужный момент отойти от буквы перевода дабы естественно передать манеру общения того или иного персонажа (пусть даже и третьестепенного). Возьмите простую частицу более или менее отвечающую общей японской «расплывчатости» речи и употребите её в качестве вводной:

«Вроде бы его третьегодка Кониси нашла. Ну, сэмпай так сказал…»

В смысловом ключе вы не потеряете здесь ровным счётом ничего, напротив – строка зазвучит легко и непринуждённо, как и подобает обычной болтовне между одноклассницами.

 

 

 

Продолжение следует…

6

Другие записи этого автора:

Метки: . Закладка Постоянная ссылка.

1 комментарий: Редактура-шастра. Часть II

Добавить комментарий

Войти с помощью: